>Средняя зарплата рабочего в Петрограде в 1916 г, составляла 809 руб. (у металлистов 1262 руб., у текстильщиков 613 руб.). Средняя зарплата народного учителя к началу 1917 г. была 46 руб. в месяц, причем 65,6% учителей получали 40-42 руб. в месяц (эти точные данные были получены в ходе обследования всех начальных школ Смоленской губернии в декабре 1916-январе 1917 г.). Все пропитание крестьянина в начале ХХ века обходилось, при переводе в рыночные цены, в 20-25 руб. в год на члена семьи (у самых богатых, "пятилошадных") – в 28 руб.
Сопоставлять нужно сопоставимое, а не зарплаты 1916 года с рыночными ценами начала XX века.
Цит. по: Лейберов И.П., Рудаченко С.Д. Революция и хлеб. М.: Мысль, 1990. С.38-39.
"Уровень реальной заработной платы петроградских рабочих был примерно в 1,5 раза выше общероссийского. Однако он характеризовался резкими колебаниями в оплате квалифицированного и неквалифицированного, мужского, женского и детского труда. В 1916 г. среднегодовая номинальная заработная плата питерских рабочих возросла в 2 раза (с 405 руб. до 809 руб.). Однако общее изменение индекса цен за годы войны увеличилось более чем в 2 раза. И среднемесячная заработная плата понизилась с 33,7 руб. в 1913 г. до 32,5 руб. в 1916 г. (96% довоенного уровня) (Фабрично-заводская промышленность в период 1913-1918 гг. Пг., 1920. С.156-160.). Лишь в трех отраслях петроградской промышленности — металлообрабатывающей, химической и полиграфической — сохранился прежний уровень заработной платы. Например, номинальная заработная плата у металлистов возросла в 2,5 раза и достигла 3 руб. 50 коп. в день, реальная зарплата возросла у них всего на 20% и составила 1 р. 70 к. (Уровень реальной заработной платы приводится в довоенных товарных рублях. Бумажный рубль составлял к 1917 г. лишь 45% довоенной стоимости (Лейберов И.П. На штурм самодержавия. М., 1979. С.20-21)) в день.
Печатники, химики, кожевники и обувщики по уровню реальной зарплаты отставали от металлистов на 60%. Наиболее низкая номинальная и реальная заработная плата сложилась к концу 1916 г. у рабочих текстильного и пищевкусового производства, где в основном применялся женский и детский труд, у рабочих силикатного производства (производство кирпича, стекла, цемента). Реальная дневная зарплата рабочих этих производств составляла только 48% дневного заработка металлистов. Резкие колебания в уровнях заработной платы были характерны не только для рабочих различной квалификации, возраста и пола, но и для рабочих различных специальностей даже и одного профессионального профиля на данном предприятии.
В целом уровень реальной заработной платы петроградского пролетариата в канун Февральской революции 1917 г. был весьма низким. Цены на продукты питания и предметы первой необходимости за годы войны возросли в среднем не менее чем в 3-4 и даже в 5 раз, в то же время номинальная заработная плата у абсолютной массы рабочих Петрограда увеличилась лишь в 2 раза (у некоторых групп квалифицированных металлистов — в 2,5-3 раза). Следовательно, реальная заработная плата основной массы питерских рабочих к февралю 1917 г. упала не менее чем на одну треть и составляла 65-70% довоенной. Отметим, что, по подсчетам С.Г.Струмилина, реальный месячный заработок рабочих завода «Старый Парвиайнен» составлял в январе 1917 г. 84%, в феврале — 55% довоенного уровня; по данным З.В.Степанова, в январе 1917 г. у ткачей на Александро-Невской мануфактуре — 60,1%, у токарей — 88,2, на «Скороходе» у мужчин — 71, у женщин — 66,1% (Рабочие Петрограда в период подготовки и проведения Октябрьского вооруженного восстания. Л., 1957. С.54; Волобуев П.В. Пролетариат и буржуазия России в 1917 г. М., 1969. С.91.)."
